Наследник Двух Миров [СИ] - Юлия Буланова

Руалин одобрительно посмотрел на меня. А что? Краткость — сестра таланта.

— Хм, — Норфол подозрительно прищурился. — Интересно. Просто так помогаете? Руа, я тебя не узнаю!

— А, что? Весело. Ты же знаешь Норф, я не люблю однообразной жизни, а тут приключение подвернулось.

— Понятно, — улыбнулся бард. — Про тебя, Эндрю, не спрашиваю. И так все ясно.

Девушка слегка зарделась, а я впал в легкий ступор. Что ему ясно? Почему это ей я помогаю? Но тут до меня дошло. И я едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Меня приняли за влюбленного идиота. А краска, появившаяся на щеках принцессы, подтвердила ход ее мыслей. Ну, и ладно. Пусть так и думает. Ведь по большому счету мне от его догадок ни холодно, ни жарко.

— А что вы предлагаете делать. Выбрались из города и куда? Хотя, дайте-ка угадаю. Если с вами юная эльфийка и вы на Коннерте, то скорей всего идете к порталу. Так?

Руалин лишь хмыкнул:

— Но как ты узнал, что Элейна эльфийка? — вырвалось у меня.

— Ты что ж думаешь, мальчик, я не смогу отличить эльфа от человека? Это вы упорно считаете, что они миф. Но для людей, вообще-то, свойственно не видеть дальше собственного носа.

Меня уже начинала бесить их главная национальная черта — слепая вера в то, что они венец творения. И я хотел было уже достойно ответить, но Руалин жестом остановил меня.

— Так что? — поинтересовался он. — Ты нам поможешь?

— А… помогу, — весело рассмеялся бард. — Пошли со мной. Здесь недалеко остановились мои друзья.

Когда мы выходили из трактира, после того как Норфол вышел первый, мы набросились на Руалина с одинаковым вопросом:

— Можно ли ему доверять?

— В пределах разумного, можно, — кивнул Руа. — Но не обольщайтесь. Придется ему заплатить, хоть он ничего и не сказал об этом. По старой дружбе он нас не продаст. Но рисковать, просто так не станет. Я знаю Норфола давно. И слово он обычно держит. Если сказал, что поможет, значит поможет.

После этих слов "нашего" эльфа, мы покинули трактир, присоединившись к барду. На улице уже наступал вечер. Но народу на узких мощеных улочках Рэнда не прибавилось. Вообще этот город мне начинал напоминать какой-то склеп. Пресквернейшее ощущение, надо признать. Мы шли за бардом, ведя в поводу лошадей. Пройдя квартал, я увидел большой разноцветный шатер, разбитый на одном из пустырей, которых в этой части города, судя по всему, было предостаточно.

— Цирк? — удивленно уточнил Руалин у нашего проводника.

— Цирк, — кивнул тот, — Там отличные ребята живут. Поверь мне, это лучший выход.

— Да? — в голосе эльфа явно слышалось сомнение. Похоже, такой вариант развития событий его не слишком вдохновлял.

Когда мы зашли в шатер, то увидели длинный стол стоявший прямо на арене. За столом сидело человек десять мужчин и женщин в каких-то странных костюмах. Насколько я понял, у них было застолье. И веселье шло полным ходом.

— Норфол! — раздался громкий рык, и из-за стола выскочил здоровенный лысый двухметровый детина, одетый в жилетку на голое мускулистое тело, — Старина! Рад видеть. Каким ветром тебя к нам занесло? Впрочем, не важно. Проходи. Ну, что ты как не родной? И друзей приглашай!

— Подожди, Корр, — успокоил мужчину наш спутник. — Надо поговорить.

— Нет, сначала к столу. Все дела потом. У нас праздник. Мой Рен женится! Проходите! Садитесь!

— Корр, выпить с тобой за здоровье твоего сына мы завсегда успеем. Но сначала дело.

Мы отошли в сторону и Руалин коротко обрисовал ситуацию старому приятелю, оказавшемуся главой странствующего цирка.

— Хм, — мужчина оценивающе оглядел нас, остановившись на Элейне, которая смутилась от пронизывающего взгляда циркача и попыталась спрятаться за моей спиной. Да и мне, если честно, он не особенно понравился.

— Можно и подсобить, — кивнул тот, оторвавшись от лицезрения эльфийки — Десять золотых.

— Три золотых тебе, Норфол и десять тебе Корр, — подвел итог Руалин. Но это надо сделать как можно быстрее. Пока ворота еще не закрыты.

— Хорошо, — рассмеялся циркач. — Ждите здесь!

Он ушел он вскоре вернулся с двумя молоденькими девушками: одной темненькой, другой светленькой. Конечно, до Эль им далеко. Но, тем не менее, они показались мне очень миленькими, учитывая, что одежды на них почти и не было. А их ладные фигурки радовали глаз. Я покосился на Элейну. Та хмуро рассматривала циркачек. Словно бы измеряла и взвешивала. Но потом, хмыкнула и отвернулась, наверное найдя в них уйму изъянов, заодно убедившись в собственной привлекательности.

— Это Рилл и Мелинда, они вас сейчас так преобразят, родная мама не узнает. Капелька магии и ловкость рук.

— Магии? — переспросил Руалин. — А разве вам не запрещено ей пользоваться?

— Нет, конечно, — кивнул Корр. — С чего бы вдруг? Всем значит можно, а нам нет? Это ж бытовая. Запрет лежит только на использовании магии для выступлений. Или вы на сцену собрались? Тогда извиняйте, ничем помочь не можем.

Норфол усмехнулся, и сказал, что нам надо выбраться из города, а не примкнуть к уважаемым господам-артистам. Мы отправились на край шатра, где за лавками для зрителей располагались кибитки. По пути мне показалось, что беленькой я понравился, так как взгляды, которые она начала почти сразу бросать на меня, были весьма двусмысленными. Элейна хмурилась все больше. Ничего, ей полезно. А то, начала меня считать своей собственностью. Притом, что сам я ей не нужен совершенно. У нее вон Руа появился. Она ему, правда, тоже не нужна. Но это мелочи.

Сначала девочки занялись мной. Не знаю, как они все это делали, но к моему изумлению спустя полчаса на меня из зеркала смотрела дородная матрона лет этак сорока. М-да… на такую стражи не только не посмотрят, а быстрее из города выставить попытаются. Я лишь присвистнул, но мою попытку потрогать новоприобретенное лицо, Рил сразу пресекла, сообщив, что на ее шедевр можно только любоваться. Все остальное — нежелательно, если, конечно, я не хочу испортить ее работу.

Элейна отнеслась к собственному преображению с некоторой опаской. Она дважды переспросила, не будет ли она выглядеть также, как и я. Ее заверили, что она может не беспокоиться, ибо будет выглядеть просто сногсшибательно. Уж, мастерицы приложат к этому все усилия. На губах юных прелестниц заиграли злорадные улыбки.

И я еще раз убедился в том, что женщины невероятно ревнивые создания и больше всего на свете ненавидят чужую красоту.

Посадив с эльфийку на стул перед круглым зеркалом, девушки принялись за работу. А дальше начался цирк. Отрезать волосы девушка не позволила. Красить — тоже. Но после того, как ей дважды поклялись, что стоит хорошо вымыть голову, краска сойдет, смилостивилась и все же позволила Мелинде немного поколдовать над своими косами. Разревелась, когда Рилл взяла тряпицу, смоченную в отваре ореховой шелухи и начала обтирать ее лицо шею и руки. Попросила меня спасти ее. Пообещала вести себя хорошо. Когда девчонки рисовали ей родинки и морщинки, она уже умоляла ее спасти и обещала все: от вечной благодарности, до звезды с неба. Циркачки переглянулись и убрали зеркало. А жаль… если бы она видела, что они сделали с ней дальше, она бы мне в вечной любви поклялась, только бы я прекратил это безобразие.